Это второй отчет о фестивале
спорта в Рускеале 2019
Версию от FBS можно
посмотреть – тут
Путь в Карелию не близкий или как можно весело провести время, опаздывая на поезд…
Добравшись из Боровичей до Санкт-Петербурга, мы имели в запасе около 2,5 часов до следующего поезда. Последние дни выдались хлопотными, тренироваться было некогда и меня не мало волновал тот факт, что если я сейчас же не запрыгну в кроссовки, то от предыдущей гонки в Малой Вишере до старта 29-го в Карелии период незапланированного отдыха составит чуть ли ни неделю! «Это совершенно неприемлемо!» – подумала я и спонтанно, в ожидании поезда до Сортавалы, устроила лёгкий забег вблизи Финляндского вокзала у фонтанов.
Бегать под фонтанами оказалось просто чудесно! Дул сильный ветер, и всякий раз, пробегая рядом и любуясь этими изящными городскими аналогами водопадов, я получала щедрую порцию брызг, радовалась, как ребёнок, и спешила всё повторить! Через пол часа, промокшая и счастливая, снова переоделась в туалете (за 50 рублей) и невольно осознала, что тренировка то оказалась не бесплатной…
Уютно устроившись с моим спутником на газоне, в тени извилистых деревьев всё того же парка, точь-в-точь, как показывают в зарубежных фильмах, мы замутили пикник. Всё шло замечательно! Мы никуда не торопились, следили за временем на больших часах, помещённых на башне вокзала, а за пол часа до отправки, ещё раз изучили билеты, выучили наизусть места и, неспешно, пошли их занимать. Однако, поискав в списке на табло наш поезд, чтобы узнать на какой перрон он прибывает, удивлённо переглянулись: «Его НЕТ !!!»
Окинув взглядом кассы с очередями, как во времена перестройки, поняли, что вопрос куда дели наш поезд, если мы ещё хотим на него поспеть, нужно задавать кому-то ещё… Пометавшись из угла в угол с выпученными от адреналина глазами, нашли у турникетов человека в форме. Судорожно сунув ему под нос билеты, в знак доказательства, что поезд есть и его не может ни быть, потребовали объясниться! «Вам на другой вокзал!» – ткнул он в недописанное слово Ладож… и добавил: «Всё же написано!». А мы вот подумали – озеро…
До отправки оставалось 10 минут. За это время до Ладожского вокзала можно было разве что телепортироваться! Каждый это понимал, как и то, что нет смысла сокрушаться и пора предпринимать следующий шаг. Но чтобы отойти от шока – нужно время. А потому, следующие несколько минут мы просто молча стояли в сторонке и отдыхали от только что выполненных ускорений, стараясь хотя бы не винить друг друга.
«Теперь у нас времени – ВАГОН! Может тоже побегаешь?» – попыталась пошутить я.
Вместо ответа меня пригвоздили взглядом к ярко красной скамейке в зале ожидания поездов дальнего следования.
Северный характер
4 часа спустя мы сели в «Ласточку» до Сортавалы. Оба устали, как черти – подремать бы! Но не давало покоя любопытство: а как интересно будет видоизменяться природа за эти 4 часа? Ведь уже через каких-то 308 километров мы будем в совершенно другом мире (так говорят про Карелию)!
Едем час – смотрю в оба: да вроде ничего особенного… Покидаем Выборг, следующая станция – Каменногорск. Ну и где же новые пейзажи!?
Всё изменилось в секунду! При подъезде к Каменногорску вместо зелёного холма в мое окно еле уместился 3-х метровый валун! «Ух-ты! Вот это д-а-а-а!» – подпрыгнула я в кресле. За ним ещё несколько – по меньше. И тут же стал другим лес. Нет, новых невиданных деревьев, конечно, не появилось. Всё те же берёзки, осинки, сосны… Но худенькие, длинные, с извилистыми стволами и не такой пышной шевелюрой из листвы. Я смотрела на скудный слой почвы, покрывающий каменные массивы, и удивлялась, за что цепляются корни, где берут полезные вещества и воду? Но деревца упорно тянулись вверх, к солнцу, вопреки всем моим логичным доводам.
«Вот это воля к жизни! Вот это настоящий северный характер!» – подумала я и мурашки побежали по коже.
Каменногорск был последним привычным для уха названием в списке станций до Сортавалы. В ожидании голоса из динамика, мы развлекались, гадая, как правильно произносятся названия следующих остановок, ломали язык, расставляли, как заблагорассудится, ударения и смешно растягивали двойные гласные: «ЭлисенвА-Ара», Яккима (Лахденпохья)!… Тем временем в моём супер-мега-дюймовом экране камней становилось всё меньше, а водоёмов – всё больше! Ни километра без воды! Озёра, чьи берега украшены каменистыми берегами и уютными островками, бурные, извилистые речушки, живописные болотца… Разнообразие и красота пейзажей радовали глаз, грели душу и, наслаждаясь комфортом «Ласточки», я понимала, что вот так спокойно, без комариных трелей, тащиться от Карельской экзотики, я могу лишь здесь и сейчас!
Хутор «Ёлки»
На хутор «Ёлки» мы приехали уже в первом часу ночи. (В общей сложности от Боровичей дорога заняла 17 часов!) Поляна в окружении густого высокого леса, мокрая, густая трава, пара-тройка домиков, несколько беседок, до одурения чистый воздух, пьянящий аромат трав и невидимая в сумерках раздражающе-пищащая комариная вуаль. Администратор вышел без костюма с бабочкой – но в подобающей здешним местам одежде, без бейджика – но в окружении двух огромных волкодавов! Я старалась не описаться, когда эти, сказать по-правде, совершенно не агрессивные исполины со мной знакомились. Они не лаяли, не лизались и не вставали на задние лапы, за что я была им безмерно благодарна, но зато беззастенчиво и крайне настойчиво обнюхали меня со всех сторон, что, как минимум, смущало! Однако я была не в том положении, чтобы говорить «нет!».
Палатку и коврики администратор положил по-простому – прям посередь поляны, и, удаляясь, пожелал устраиваться поудобнее, где бы мы ни пожелали! Волкодавы послушно последовали за хозяином. Я, беспрестанно отмахиваясь от надоедливых комаров, оглянулась в поисках комфорта и, не найдя ничего подобного – взгрустнула: «Не выдержу! Скорей бы домой!». (В палатке я ночевала лишь однажды – 20 лет назад. В ту ночь я не сомкнула глаз…)
Но деваться было не куда и я, молча, угрюмо и послушно, начала выполнять указания моего более искушённого в походных делах напарника. Обалдевая от нескончаемых комариных инъекций, что-то куда-то просовывала, что-то с чем-то совмещала, за что-то тянула… и так до тех пор, пока наша кривулина не возникла, словно валун из Каменногорска, посреди чиста поля.
«Умоляю, давай придадим ей приличный вид завтра!», – взмолилась я и неловко вкатилась в дырку, называемую дверью, немедленно застегнув за собой все молнии. В ту же секунду ливанул дождь. «Да чтоб тебя!… Буду выживать!» – громко вздохнув, обречённо подумала я.
Забегая вперёд,
скажу сразу, что полюбила Карелию всем сердцем!
Мы специально приехали сюда за несколько дней до гонки, чтобы успеть акклиматизироваться ))), нагуляться и насмотреться на местные красоты.
Я полюбила Карелию не смотря на ее импульсивный, вздорный характер. Всё это время она напоминала мне капризную девчонку, но с добрым сердцем и открытой нараспашку душой. Сейчас она ревёт взахлёб, и слёзы эти, что бегут ручьями, не остановить – сколь ни уговаривай! Но проходит миг и вот уже, не злопамятная, несётся счастливая навстречу тебе со смехом и жаркими объятьями! Наслаждайся моментом, дружок! Ведь ещё секунда и все перевернётся вверх тормашками… Косится, насквозь пронизывает ледяным взглядом. И толком не понимая за что опять попал в немилость, ты лезешь на дно рюкзака за только что опрометчиво убранным шерстяным свитером, мечтая напялить ещё и шапку.
Ночь перед гонкой
Холод я переношу плохо. Однако мой спутник заверил, что замерзнуть в спальниках ВАЩЕ НЕРЕАЛЬНО! И я ему почти поверила!!! Эх! Надо было спорить на что-нибудь этакое… В ночь на 29-е я почти не спала. Безуспешно стараясь согреться, упорно искала способ свернуться клубочком в узком спальнике. На моей голове был плед, натянутый по самые губы, на ногах – шерстяные носки. Свитер, флисовая фигня и ещё что-то…- всё это не работало! Под утро я выключилась, но уже очень скоро проснулась от того, что не чувствовала ног.
Инстинктивно, в попытке согреться, я стремилась прижаться к другу сердешному, но скользила обратно в непослушном балониевом спальнике. Своими безуспешными потугами я забила его в самый угол. Но он продолжал мирно сопеть, словно мы каким-то чудесным образом находились в тот же самый момент в разных широтах.
Устав бороться, кое-как дождавшись утра, словно хладнокровная тварь, не умеющая согреваться самостоятельно, я вылезла из палатки под солнечные лучи и в первый раз за эти дни не улыбнулась ему в ответ. Тупо смотря перед собой, пуляясь слизняками, облепившими вещи из предбанника палатки, я хмуро обдумывала перспективы предстоящего дневного заплыва в ледяных водах нереально красивого Мраморного карьера. «Ладно, вечерком пробегусь 10-ку – согреюсь!» – без тени иронии успокаивала я себя.
В конце концов солнечные ванны и горячий чай пошли на пользу моему настроению и самочувствию и меня потянуло в гости к Тохмайоки. Вчера мы здорово с ней задружились!
Вода смывает слёзы
«Температура воды 14 градусов! Выше нуля, друзья, – уже отлично!» – весело сообщил ведущий.
«Сколько-сколько температура воды?!» – переспросила я своего верного попутчика, не поверив собственным ушам…
«Волнуешься?» – спрашивает он.
Я несколько секунд прислушиваюсь к себе и, не обнаружив явных симптомов, отвечаю: «Да вроде нет…» и следую за всеми в стартовую зону, совершенно не замечая, что на моей спине колбасится огромный рюкзак.
«Если я сейчас же не сдам вещи в камеру хранения, не успею заснять старт!» – вдруг как-то нервно говорит он.
«Так иди – сдавай! Я что ли должна этим заниматься?! Мне же на старт пора!» – чуть не кричу я, не понимая сути его претензий.
«Просто отдай рюкзак!» – наконец не двусмысленно изъясняется он, пытаясь стянуть его с моей спины. И тут я осознаю, что мой главный признак волнения проявился во всей красе! Высшая степень рассеянности перед стартом – моё слабое место. Словно кровь из мозга отливает к мышцам! В прошлом году, например, на плавательный этап триатлона я забыла взять из машины шапочку, плавательные очки, часы – короче всё необходимое. А теперь вот чуть не поплыла с рюкзаком на горбу. Интересно, будь я одна, когда бы спохватилась?
В Мраморном карьере плавать не разрешено и исключение делается лишь раз в году, на спортивное мероприятие, на которое мы собственно и приехали. И вот, значит, стоим мы на лестнице, опускающейся в Мраморный карьер, эдакие чёрные дельфины в жёлтых фирменных шапочках Рускеала. Вокруг по парку прогуливаются люди в совершенно обычной одежде, а мы, понимаешь ли, вроде и не люди, а какие-то фантастические водоплавающие существа. Ну и на нас глазеют и снимают… и не подозревают, наверное, что мы обычные люди в чёрной резине, стоим и волнуемся и не смотря на солнце – мерзнем, стараясь как-то подвигаться в тесной толпе, чтобы прогнать то-ли озноб, то-ли нервную дрожь.
Тем временем, заводной ведущий плетёт всякую пургу, ловко отвлекая от ненужных мыслей. Ему видите ли ЖАРКО в гидрокостюме и уже совсем не терпится нырнуть в холодную воду, вот только он нырять не будет, а аккуратненько спрыгнет солдатиком, т.к. не знает секрета, как нырнуть так, чтобы очки не слетали и в них не попала вода. Но на всякий случай, он настоятельно рекомендует и всем нам не рисковать и не нырять вниз башкой!…
Ха-ха! Забавный он и прикольный! Оказывается сам в первый раз плывёт в открытой воде. Я, вспоминая свой первый раз, понимаю, насколько ему будет тяжело, и вместе с тем проникаюсь уважением к его умению справляться с волнением, не только со своим собственным, но ещё и с нашим!
Ну всё! Погнали! Первые пошли!
Играючи, один за другим, они бесстрашно ныряли вниз головой, как озорные дети, насмешливо пренебрегая заботливым предостережениям старшего! «Как они это делают? Почему я так не умею?» – удивлённо выкрикивал ведущий, мечась с микрофоном и думая, кому бы его уже всучить – ведь и ему через считанные мгновения пора стартовать. Его первый заплыв в открытой холодной воде! А значит неизбежно будет тяжело и придётся преодолевать себя. В эти секунды он останется, как и большинство из нас – любителей, наедине со своими страхами. И пусть он не нырнёт ловко вниз головой, но аккуратно спустится со ступенек, всё одно – этот миг станет для него настоящим подвигом, большой победой над собой и рождением новой личности!
Ледяная вода лезвием полоснула мою шею. Не могу заставить себя опустить голову, не могу дышать – грудную клетку сдавило тисками!
«Ну же! Расслабься! Не в первый раз в холодной воде – должна знать, что делать!» – строжу я себя, немного лукавя про холодную воду. Ибо вся та холодная вода, что когда-то волновала моё тело, как оказалось была блаженной прохладой.
С трудом, но я адаптируюсь. Успокаиваюсь и даже радуюсь, что получается работать в таких условиях. Ну и тут же напоминаю себе, что от этого заплыва нужно взять по-максимуму, вспоминаю про какие-то прекрасные подводные виды, о которых рассказывали бывалые. Беру чуть вправо – ничего… Беру чуть влево – получаю пяткой! И тут уж окончательно проникаюсь атмосферой гонки и начинаю заплыв в надежде, что все красоты ещё впереди и специально их искать не нужно.
А над водой – «Шикарный вид!» 50 оттенков серого переливаются в прохладных лучах Карельского солнца. Как же мило смотрятся лютики, что рискнули поселиться на карликовом островке земли среди суровой каменной породы!
Любуюсь! Хлебаю от волны перегоняющих меня более быстрых пловцов, откашливаюсь и снова – ЛЮБУЮСЬ! ЛЮБУЮСЬ!
Но вот вокруг меня сгруппировались несколько человек и начинается лёгкая заруба. Тут, не смотря на смысловой статус мероприятия, во мне просыпается спортсмен, на время я решаю прервать созерцание прекрасного и сосредоточиться на более обыденном: работе рук и ног. Вхожу в ритм. Получаю удовольствие от плавания!
Метров через 400 удовольствие от плавания стало исчезать – заморозка подействовала. Ноги я не чувствовала вообще и что они делают – не понимала. Руки я хотя бы видела и старалась придать движениям привычную картинку. Справа от меня пыхтел какой-то бедняга – начинающий брассист. Слева не кончались буи. Внизу серая, холодная, бездонная муть. Дышать и двигаться становилось всё тяжелей. Тело не слушалось. Мною начал овладевать СТРАХ.
Я подняла голову и огляделась в поисках спасательной лодки. Лодка была очень близко! Это меня успокоило, но плыть к ней я не спешила. Мне было нужно знать, что если не смогу продолжать, дам знак и они увидят. А сейчас – самое время побороться со своим самым коварным соперником – самой собой!
И я боролась! Мои руки что-то делали, мои ноги, наверно – тоже… Серая, ледяная, бескрайняя муть – прекрасный, резной, преломляющийся и блестящий в холодных лучах «Карельского Солнца» Мраморный карьер – очередной синий круглый буй – и так много-много раз. Но что это? Мне кажется? Но серую муть сменяет россыпь изумрудов! Ну конечно же! Это же те камни, что я видела на днях с берега и ещё мечтала посмотреть по-ближе! Огромные белые валуны, покрытые ярко-зелёным мхом… Словно яркая брошь на не броском наряде, сияли они у сердца карьера!
Изумруды кружат мне голову. Я в какой-то полуреальности… Но ещё секунда и подо мной опять разверзлась холодная серая бескрайность. Добитая и окончательно выведенная из равновесия этим жёстким переходом, начинаю разъярённо махать руками: «Довольно полоскаться! Всё самое красивое я уже видела!»
Деревянный причал! Эврика! Это финиш! Считанные секунды и я хватаюсь за перила заветной лестницы, ведущей на сушу.
Я ДОПЛЫЛА ! Не села в лодку ! Не сдалась! Суровая карельская природа – ты не сломала меня! Я боялась, но ты не сломала! Теперь всё будет хорошо, а сейчас, вот прямо сейчас – ВСЁ ПРОСТО ОФИГЕННО !!!
На шею мне вешают медаль, пытаюсь выговорить «СПАСИБО !», но ничего не выходит, кроме мычания… Видимо зависаю, потому, что меня слегка подталкивают, предавая ускорение в нужную сторону. И я так глупо, по-детски, вдруг обижаюсь на этот жест до слёз! Ощущаю себя до крайности уязвимой, без кожи… Поднимаюсь из карьера по лестнице, угождаю в тёплые и безопасные объятия любимого, верного, того единственного, кому не всё равно и кто оценит мой спортивный подвиг…
Намертво приклеившийся дельфиний костюм не стягивается. Я беспомощно сотрясаюсь в странном, уродливом танце, похожем на конвульсии. Прохожие, в том числе пловцы, меня жалеют. Мой верный спутник помогает. Мне стыдно, но я не знаю, где здесь можно спрятаться…
«Ничего! Вот пробегу вечерком 10-ку – СОГРЕЮСЬ!!!!»
Такие громкие… Такие КЛАССНЫЕ !!!
По своей натуре я – созерцатель, потому зачастую мне больше нравится наблюдать, нежели находиться в самой гуще событий. Так в один из вечеров, лёжа в палатке, я ловила кайф и записывала на плёнку памяти лучшее из окружающей меня походной атмосферы: запах костров, пение птиц, приглушённые речи молодых ребят-соседей по поляне, в пол голоса рассказывающих о своих спортивных приключениях и путешествиях; и во главе всего этого действа – феерическое гитарное шоу и задорный смех наших земляков – Новгородцев, приехавших сюда большой, дружной компанией!
Скромно раскинув свои палатки на краю поляны у леса, расположившись в самой дальней беседке, они надрывали голоса так, чтобы всяк мог услышать и проникнуться их беговыми гимнами! Развеселив и мотивировав на предстоящую гонку всю честную публику, что заселилась на хуторе «Ёлки», они решили закрепить результат и позволив себе совсем немного вздремнуть, подскочили ни свет-ни заря и предложили всем желающим ещё и побегать с ними!
Такие громкие, такие КЛАССНЫЕ! Я абсолютно уверена, что дискотеку после гонки отменили из-за вас! Ни всякому ди-джею по плечу соперничать с вами! Неуёмные, своей энергетикой вы покорили наши сердца! Разнообразие репертуара, а главное его натуральность и чувственность, идеально гармонировали с походной жизнью! Мы все, до чёртиков уставшие после гонки, имели возможность спрятавшись от дождя в уютных палатках, одновременно отлёживаться, восстанавливаться и наслаждаться вашим выступлением в комфорте! И это однозначно круче танцев у сцены под супер-современные ди-джейские запилы под холодным дождём. БРАВО! Вы и тут взяли верх над «соперником»!
А если серьёзно, ребят – вы НЕ-РЕ-АЛЬ-НЫЕ ! Словно герои, сошедшие со страниц рассказов советских времён. Вы, настоящие ценители дружбы, гурманы отношений, носители лучших человеческих качеств…, уговорили нас-диких и усадили за ваш стол, накормили, обласкали вниманием и заботой. С каждой минутой нам становилось всё комфортнее в вашем окружении и вот уже мы орём песни… Кто-то подносит вкуснейший сладкий чай… Машенька протягивает цветы… Моя дочка 10 лет назад, ещё когда мы не знали ссор, вот так же дарила их мне… Бесконечно трогательно!
СПАСИБО, дорогие!
Лететь как птица!
К месту старта приехали пораньше. Фоткаемся, фоткаем, проникаемся атмосферой.
Улётный ди-джей – тепло ему, наверное, в этой шапке с перьями – заводит публику и создаёт праздничную атмосферу вопреки накрапывающему и уже порядком надоевшему всем дождю.
«Ну а чего вы хотели?» – слышу я шутливый голос полюбившегося мне ведущего, – «Вы же в Карелию приехали, не в Тунис!»
«И то верно!» – согласно улыбаюсь я и хватая в руки фотоаппарат, выскакиваю из укрытия и начинаю охоту за улыбками и яркими моментами.
Тут на сцену выходят брейк-дансеры. Они летают и кувыркаются в воздухе без страховки, демонстрируя ловкость и координацию, граничащую с фантастикой. А я так за них боюсь, что забываю не только фотографировать, но и о правилах приличия, начиная материться прямо вслух!
«Верю… Верю! Вижу, что вы полу-боги с супер-способностями, только заканчивайте скорее, пока не сломали себе шею!», – думаю я, в ужасе выпучив глаза и молитвенно сложив руки. А им хоть бы что! Улыбаются, пританцовывают, держат мину! КРУТЬ!
С этого момента дождя уже никто не замечал. Заиграли взрывные треки, началась общая разминка. Какой-то совершенно неуёмный, по-скандинавски бородатый, с круглыми глазами и наигранно серьёзным выражением лица чувак в моднявых шортах, начинает заводить публику. Он провоцирует нас на странные телодвижения, которые называет «Червячками». Мы послушно извиваемся и оттопыриваемся, стараясь не ржать друг над другом. Готово! Народ заряжен позитивом, пора объявлять старт!
Заранее решив с Сашей, что не побежим на время (в конце-концов зачем мы сюда ехали, если не любоваться пейзажами…), встаём в конце очереди и, каждый в своём темпе, начинаем забег.
Я не хочу бежать слишком медленно. Решаю поработать, но не до темноты в глазах. Немного волнуюсь: за пару часов до гонки, в спешке, подвернула ногу. Как раз для трейла неувязочка! Лодыжка поднывала и не была стабильна. К такому повороту мы, понятно, не готовились и никакой эластичный бинт с собой не брали. Пластырь – единственное содержимое нашей аптечки – оказался тут слегка бесполезен. «Будь, что будет!», думаю я и начинаю потихоньку ускоряться.
Надо смотреть под ноги – а хочется по сторонам. Заскучать невозможно! Пейзажи один за другим сменяют друг друга: монументальные виды карьеров и гротов, гранитные стены с извилистыми рисунками и стильно-полосатый черно-белый мрамор, каменный сад, карликовые берёзки, песчаные тропочки…
«ОЙ! А чё все встали-то?!»
«О-о-о! Вот это сюрприз!» – озвучиваю я свои мысли, стоя перед внезапно возникшей передо мной отвесной скалой и раздумаю, как её штурмовать.
«Тебе что, особое приглашение нужно?», – почудилось мне, что спросила она.
«Да нет, конечно, не ожидала просто такого на беговом-то соревновании…», – всё ещё переминаясь с ноги на ногу смущённо оправдывалась я, но услышав за спиной топот как минимум ещё сотни желающих её покорить, отбросила все эмоциональные барьеры, доселе сковывавшие меня, и вспомнив детство, очень даже ловко и быстро вскарабкалась вверх, лишь разок оступившись и чуть не присев на голову ползущего за мной.
Однако, этим приключения не заканчивались и мою лодыжку проверяли на прочность крутые спуски с корнями и камнями, замаскированными мягкой, как пух, почвой; обрывчики, спуститься с которых можно было либо спрыгнув вниз, либо на пятой точке; крупный, скользкий гравий на железной дороге; узкие и раскисшие от дождя тропиночки, уходящие глубоко в пышные леса с нежно-тёплым ароматным воздухом. Выбежав из леса, моему взору предстала красавица-река Тохмайоки. Многоликая, здесь она была тихой и беззащитной, словно спящий младенец.
Обогнав, ещё вначале, девушку в розовом, я в очередной раз заметила её впереди себя. Она явно проходила трассу грамотнее. Это мой первый трейл такого калибра и я, спустя 2 километра этой чехарды, принимаю решение встать за ней и учиться. Отставать от неё мне не хотелось и решение «не выкладываться до чёртиков в глазах» было мной благополучно отменено. Сморкаясь и задыхаясь, последующие несколько километров я делала всё, чтобы удержаться за ней: прыгала по кустам и кочкам, жёстко подрезала тех, кто вклинивался между нами; летела по гравию, подбирая каденс, и прыгала через рельсы бессчётное количество раз, моля Бога, чтобы лодыжка выдержала до финиша. Я бездумно рисковала и ничего не могла с собой поделать.
Невольно больше загружая здоровую ногу, километров через пять я начала чувствовать боль и в ней, потом – в коленях, бёдрах, а после – в пояснице. Вот это сюрприз! Не знала я до селе, что спина тоже принимает участие в беге!
«Заткнитесь! Все немедленно заткнулись!» – гаркнула я (не вслух) своим изнывающим частям тела – «Осталось немного – терпим!»
«Розовая футболочка» заходила в горки в основном пешком, и после того, как я выёживаясь, «вбегала» в них, до предела закисляя мышцы, – без особого труда она задорно меня обскакивала. Чтобы достать её снова, мне приходилось тратить не мало усилий. Я чувствовала, что каждый такой опыт мог закончиться «разлукой» с моей проводницей и мне захотелось познакомиться с ней. Найду ли её потом в толпе? В конце концов это был славный пробег дуэтом: мы периодически шутили и проверяли друг друга на прочность. Её манера общения мне очень импонировала.
«Как тебя зовут?»
«Оля» – ответила она.
«Ой! Меня тоже!» – удивилась я, – «Теперь у меня есть знакомая тёзка в Карелии!» (она из Петрозаводска)
Преодолев большую часть дистанции по витиеватому маршруту, мы ненадолго приблизились к месту старта, и побежали над Мраморным карьером. Поддаваясь эмоциям, я отпустила в его сторону горячий воздушный поцелуй, радуясь, словно старому другу, и уже не держа зла за тот холодный прием на дневном заплыве.
«Наклоняйте головы!» – послышался голос заботливого волонтёра, когда мы пробегали по эпичному гроту. Влажная туманная дымка испарений, лёгкая подсветка и гитарные трели, разносящиеся под сводами грота, создавали феерический эффект с полным ощущением нереальности происходящего. Будто по глупости ты сбился с маршрута, нечаянно нырнул в портал и оказался в сказочном мире! ПОТРЯСАЮЩЕ!
Но портал в реальность был вполне очевиден и уже через 200 метров выход из грота замаячил передо мной, возвещая ещё и о том, что добрых три четверти дистанции – позади и пора выкладываться по-полной.
Как говорит Антон Шипулин, «продышавшись», – я начала морально готовить себя к темповому 2-х километровому отрезку под закат финиша. Ха-ха – наивная…
Очарованная очередным оригинальным пейзажем, на этот раз, в неожиданном индустриальном стиле, с заводскими трубами и серой, размытой дождями, бескрайней равниной, я уже почти уговорила себя на полуторакилометровый МПК-отрезочек, когда уперлась в длиннющий крутой тягун.
«УПС! Отставить МПК! Шагом марш!», – приказала я себе, вспомнив Ольгины уроки по преодолению горок.
Не мало запыхавшись, решаю «отдохнуть» следующие 500 метров и уже после начать ускоряться, чтобы красиво закончить дистанцию.
«ОЙ!», – вдруг слышу возглас впереди. И тут передо мной возникает бугристый, практически отвесный подъём.
«УПС! Отставить отдыхать! Карабкаться на-чи-най!»
Немного раздражённая, я согнулась пополам, стараясь игнорировать прострел в поясницу, и уверенно, даже как-то деловито, начала карабкаться вверх, цепляясь за грязные корни и умудряясь на этом технически-сложном участке обогнать свою вторую попутчицу (с «Розовой футболочкой» я попрощалась чуть ранее, не мало удивившись, что сдюжила и смогла её обогнать).
Мало-мальски придя в себя и понимая, нет – надеясь, что финиш – не за горами, – наконец начала накатывать.
Дорога с более устойчивым покрытием, пусть даже слегка пересечённая, – моя территория. Тут уж я себя не жалела, всё прибавляя и прибавляя в скорости.
Абсолютно счастливая, вдохновлённая спортивной, дружеской атмосферой, заряженная здешней энергетикой, довольная собой и благодарная за дожившую до финиша лодыжку, на всех парах я летела в финишный створ. Обожаю эти секунды! Когда не нужно рассчитывать и экономиться, когда больше не нужно думать о тактике и беспрестанно подстёгивать себя… Секунды до финиша – самые тяжёлые, но и самые счастливые мгновения гонки! Я летела, как птица, наслаждаясь полётом и свободой!
А что такое SUPы ???
Согреваясь в палатке после заплыва и нанося себе боевой раскрас к забегу, я между делом разглядывала полученную медальку.
«А что такое SUP?» – вдруг спросила я своего эрудированного попутчика, прочитав непонятное слово на медали.
«Это большая доска для плавания, и тебе по-ходу дали «не правильную» медаль!» – заявил он.
И добавил: «Ничего, вечером поменяем!»
«Нет, не отдам!» – вцепилась я в кусок белого мрамора, – «Она мне дорога и вообще, может это знак какой-то!»
«Какой знак? Ты даже не знаешь, как выглядит этот SUP!» – посмеялся он.
Вздохнув, я согласилась, в надежде, что он забудет.
Однако, он не забыл. И после трейла, подошёл и объяснил ситуацию тому самому весёлому ведущему, преодолевшему свои 750 м в открытой, ледяной воде впервые.
Тот, недолго думая, снял с шеи свою собственную медаль и с улыбкой протянул её мне, заверив, что ему выдадут такую же.
Я с трепетом и благодарностью приняла дар от человека, который не только поддержал меня перед трудным заплывом, но и отдал частичку той силы духа и энергии, которую теперь хранила в себе эта медаль, заслуженно красовавшаяся весь день на его груди. Я навсегда запомню этот жест. Теперь это для меня намного больше, чем просто медаль. Это ценный амулет!
P.S.
Проспав в ночь после гонки не более пары-тройки часов, проснулась от сильной боли в лодыжке. Наступить на ногу я не мола, идти – тем более.
Моя вторая половинка предложил донести меня до Тохмайоки, чтобы я могла попрощаться с ней перед отъездом. Он знал, как много для меня это значит. На кануне гонки мы с ней подружились. Я сидела у самого водопада, и она, весело смеясь, заигрывала со мной брызгаясь и омывая ноги тёплой водой. Тогда мне было спокойно и хорошо. Так я настраивалась на гонку.
Больная нога сбила мои планы, и я не смогла сходить на дальний водопад. Но доковылять до ближайшего, в трёхстах метрах, пляжа, представлялось вполне посильной задачей.
«Уж до Тохмайоки я как-нибудь сама дойду!» – зачем-то сказала я.
«Не забыла про Боровичский триатлон 7-го? Ты окончательно намереваешься убить ногу?» – отрезвил он меня.
И я сдалась.
Прощание было тёплым и трогательным. На руки мне садились бабочки и стрекозы, а удивительно тёплая для северной реки вода, нежно холодила и лечила мою больную лодыжку.
«Тохмайоки, я вернусь, и мы обязательно встретимся!!!»
